Александр Неклеса: Революция есть состояние общества, близкое к хаосу
Проблему предела компетенций правящего слоя можно разрешить двумя способами: сменив состав управленческой элиты, влив свежую кровь, либо понизив общий уровень системы. Пружина и механизм перемен — новый деятельный класс, причем речь идет не столько о предтечах и агентах, сколько о созидателях и движителях трансформаций. На планете сложился влиятельный слой «людей воздуха», преимущественная сфера деятельности которых — создание смыслов, продуцирование образов, мемов, операции с культурным капиталом, другими нематериальными активами, генерирование управленческих, геополитических, геоэкономических, геокультурных замыслов, высоких социальных и гуманитарных технологий.
Новое поколение четвертого сословия имеет дело преимущественно не с вербальными текстами, а непосредственно со сценариями практики. Высокие социогуманитарные технологии нацелены на распоряжение объектами и событиями мерцающей реальности, плохо контролируемой конвенциональными методами. Речь идет в том числе о техниках косвенного, матричного, рефлексивного, точечного, рефлекторного управления, других способах нетривиального воздействия на сложные объекты в условиях интенсивной новизны.
Прежнее знание о мире оказалось недостаточно эффективным, порою обманчивым и едва ли не обременительным в новой вселенной: слишком довлеет привычка думать скорее о территориях и материальных объектах, нежели о людях и деятельных энергиях, о совершившемся, а не о находящемся в становлении и открывающихся возможностях. Сегодня же интересен не столько факт, сколько тренд; востребовано искусство чтения, а не навыки произнесения слов.
Люди долго жили в землянках на берегу Великого океана, который еще предстоит пересечь. И это не просто очередная ступенька на эволюционной лестнице.
Возрастает роль амбициозного, сложного, компетентного человека: мастера свободных искусств, способного спроектировать и результативно осуществить комплексный акт. Человек-предприятие (manterpriser) — господин воздуха, востребован как в роли конструктора, так и деструктора; формируя общественную топографию, он прочерчивает горизонт театра действий, который можно охарактеризовать как власть без государства. В этот момент возникает повышенный спрос на ориентиры.
В технологизации методологических постулатов, превращении их в методики, техники, наборы алгоритмов особенно заинтересованы те, кто связан с проведением сложных и масштабных операций с долгосрочным или отложенным эффектом. И те, кто объединен модным термином «кризис-менеджмент», причем не только применительно к управлению политическими или экономическими процессами: обширное поле деятельности представляют антитеррористические, военные или культурологические операции.
Революция есть состояние общества, близкое к хаосу. Акции в подобной среде носят венчурный, если не прямо авантюрный характер. Люди — переменные, способные время от времени к не слишком предсказуемой, спонтанной активности, но одновременно к продуманному долгосрочному замыслу.
Искусство динамичного управления стохастическими массивами заключается в способности реализовать следующие ситуации:
- во-первых, подвести систему к неравновесному состоянию;
- во-вторых, в нужное время и в соответствующем месте вбросить фактор, приводящий старый порядок к обвалу (хаотизация организации);
- в-третьих, ввести аттрактор, структурирующий систему в новом, желательном направлении.
Вот алгоритм шаблонного действия в динамичной среде в условиях неопределенности, связанный с методикой косвенного управления сложной социальной системой: создается и позиционируется «подсадная утка» — аттрактор, стягивающий гравитацией элементы, которые хотелось бы выявить, наблюдать и по мере возможности контролировать. Однако для выполнения этой задачи аттрактор должен инициировать/симулировать динамику в заданном направлении, действуя эффектно, если не эффективно, поскольку, чтобы сохранять качества аттрактора, он должен являться авторитетом/лидером. Причем качество эффектности и (или) эффективности актора измеряется по параметрам, присущим именно данному сообществу. Но что именно происходит при попытке контроля активной констелляции? Наверное, внешнему наблюдателю совокупность действий в этом случае могла бы показаться гротескной реминисценцией на тему азефовщины. И порой с соответствующими последствиями.
Источник: Журнал «Экономические стратегии»